Шрифт
А А А
Фон
Ц Ц Ц Ц Ц
Изображения
Озвучка выделенного текста
Настройки
Обычная версия
Междубуквенный интервал
Одинарный Полуторный Двойной
Гарнитура
Без засечек С засечками
Встроенные элементы
(видео, карты и т.д.)
Вернуть настройки по умолчанию
Минусинск
08 декабря, ср
Настройки Обычная версия
Шрифт
А А А
Фон
Ц Ц Ц Ц Ц
Изображения
Междубуквенный интервал
Одинарный Полуторный Двойной
Гарнитура
Без засечек С засечками
Встроенные элементы (видео, карты и т.д.)
Вернуть настройки по умолчанию
Минусинск
08 декабря, ср

Тридцатый пост. Проза в работе 2017 (продолжение 2)

16 марта 2017
684

Антон Филатов. БОМЖ, или хроника падения Шкалика Шкаратина. Книга вторая. Экспедиция называется...

Криминогенное повествование

Всего-то и слышал Женька Шкаратин об отце: «…Он не русский, а звали по–русски… Борисом. Фамилию не запомнила… Не то Сивкин, не то Кельсин… Китайская какая-то фамилия. А вот примета есть… пригодится тебе… У него мизинец на руке маленький такой… культяпый. Найди отца, сынок».

"В исторической справке Восточно-Сибирской геологоразведочной экспедиции указано, что приказом Министра угольной промышленности № 520 от 10.12.69 г. в составе Главного геологического управления с ДД.ММ.ГГГГ была создана Восточно-Сибирская геологоразведочная экспедиция с местонахождением в г. Иркутске, в состав которой были включены 3 Геологоразведочные партии на самостоятельном балансе: Алтатская, Черемховская, Черногорская. Экспедиция являлась хозрасчетным предприятием, имела расчетный счет в банке, печать, штампы и бланки со своим наименованием. Основными задачами экспедиции «Востсибуглеразведка» являлись: обеспечение разведанными геологическими запасами угля действующих, реконструируемых и строящихся шахт и разрезов, резервными участками, путем проведения геологоразведочных работ. Приказом Министра угольной промышленности СССР № 364 от 30.10.72г. экспедиция «Востсибуглеразведка» с 01.01.73 г. была переименована в Восточно-Сибирскую экспедицию шахтной геологии, разведочного и технического бурения «Востсибшахтогеология», с выполнением прежних функций и задач. Приказом Минуглепрома СССР №390 от 1.11.873 г. экспедиция с 01.01.74 г. была переименована в Восточно-Сибирскую геологоразведочную экспедицию - «Востсибуглеразведку». В составе экспедиции остались хозрасчетные партии: Алтатская, Черемховская, Черногорская".

На базе Гусенкова, в новосложенном балке, с фундаментами, засыпанными опилками, и односкаткой крыши, утепленной снегом, сквозь сизый папиросный дым им объяснили где и как перебиться грядущую ночь, пока в их бараке вставляются окна и обшивается войлоком входная дверь. И дали проводника, топографа Коляна Зайцева.

Долго брели по колодистым улицам-переулкам сибирского Бородино. Наконец Колян Зайцев завернул во двор без калитки. Скинул щеколду с дверей дома и вошел первым.

- Тут буровички не хило жили, с... собакой Диком. А до них - маркшейдеры. У одного крыша поехала с перепоя. Его утром в колодце нашли - горячка... Вот на этом диване он и кончился. Дрова во дворе, вода в колодце... Ну, я пойду? - и в кромешной тишине Колян вышел, грохнув дверью.

Девчонки, ошарашенные образом и мрачной легендой особнячка, удалились из зала в горницу. Парни попадали на стулья.

- Ладно, я з-за дровами. - Веня очнулся первым.

- Может, по стопке? - предложил Шкалик.

- Давай... Девчонки, айда погреться...- И Крестик стал распаковывать рюкзак прямо на круглом столе, выставленном посредине зала.

         Шкалик вынул кружки, водку, расстелил на столе газету и разлил всю бутылку на шестерых.

- Венька, ты будешь?.. - Смолькин не отказался. Он строгал лучины для растопки. Девчонки, словно куколки в фуфайках, вышли в зал и молча пялили глазки. Саня Крестик резал булку и колбасу.

"Что вы смотрите так, из прищуренных глаз, джентельмены, бароны и денди?»... - После первой же дозы Крестовский расчехлил гитару и рванул - высоко, форс-мажорно...- И снова лукаво кольнул долгим взглядом Ирку Шепель. – «Я за двадцать минут опьянеть не смогла..."- расслабилась и Ирка.

- ...от бокала холодного бренди", - подпевала Люда Ильченко.

         Скоро пели все, даже Веня Смолькин, уже не заикаясь и не комплексуя. Песни рванулись на свободу! Не пели - выкрикивали свою, накопившуюся внутри неосознанные тревогу и безысходность. Орали, перевирая слова и мелодии, забыли закусывать и выпивать... И так было хорошо, такое захватило чувство, такие вырвались эмоции, что не замечали даже хмельную слезу.

         Спать попадали на полу и даже на диване с худой славой.