Шрифт
А А А
Фон
Ц Ц Ц Ц Ц
Изображения
Озвучка выделенного текста
Настройки
Обычная версия
Междубуквенный интервал
Одинарный Полуторный Двойной
Гарнитура
Без засечек С засечками
Встроенные элементы
(видео, карты и т.д.)
Вернуть настройки по умолчанию
Минусинск
07 декабря, вт
Настройки Обычная версия
Шрифт
А А А
Фон
Ц Ц Ц Ц Ц
Изображения
Междубуквенный интервал
Одинарный Полуторный Двойной
Гарнитура
Без засечек С засечками
Встроенные элементы (видео, карты и т.д.)
Вернуть настройки по умолчанию
Минусинск
07 декабря, вт

Двадцать шестой пост. Проза в работе 2017

7 марта 2017
619

Антон Филатов

БОМЖ, или хроника падения Шкалика Шкаратина. Книга вторая. Экспедиция называется...

 

 

 

Криминогенное повествование

«Смотри, человек, как смешаны в тебе земное и небесное, как несешь ты в себе земной и небесный образы; и потому ты состоишь из ужасной муки и потому несешь в себе адский образ, что создан божественным гневом из мук вечности». Яков Бёме

Часть первая. Солнца и ветра брат

А.Гуполов.Око спящего Саяна

Глава первая. В поисках отца и министровой матери

 

Человек с плачущими глазами открыл дверь отдела кадров и пошел, молча пропуская Шкалика поперед себя. Уселся за свой стол, промокая мокроту лица тыльной стороной ладони. Осторожно, крадучись от посетителя, продышался, словно от бега трусцой, и указал Шкалику на стул.

- Что у Вас?

- Мне бы на работу.

Кадровик ещё на секунду отвлекся, превозмогая в себе внутреннюю тягость, невольно скривил губы, словно усмехнулся, и снова поднял глаза на посетителя.

- Ну-ну… и на какую работу Вы бы хотели?

- Не знаю. Мне все равно.

- Документы?..

Шкалик положил перед ним паспорт и трудовую книжку, выданную после второго курса в институте Геохимии. Кадровик мельком прочел одиночные записи: “Принят коллектором… уволен…”. Бегло полистал паспорт, в котором содержательных записей было две, не больше. Ещё раз произнес загадочное “ну-ну” и переспросил:

- На что Вы рассчитываете?

- Мне бы… - Шкалик не решался просить что либо, соединенное смыслом со словом “геология”. И лихорадочно мыслил, пытаясь найти ответ на прямолинейность… почти отказ… прозвучавшие в тоне вопроса. Он внезапно привстал, почуяв нужду покинуть этого человека -  в недоумении. Но тут же сел, сообразив скорую неизбежность таких встреч - не здесь, так там…

- Я бы мог коллектором… помбуром…

- А геологом? - Новый вопрос совсем ошеломил Шкалика. Издевается? Срывает зло за какую-то свою обиду? Мокрые глаза пожилого кадровика не смотрели на него, обдумывая что-то тягомотное, возможно, собственный же вопрос. Он притянул за уголок папку, лежавшую поверх других, и отвлекся на её содержимое.

- Геологом? Так… не закончил… отчислили за неуспеваемость. Но я в шахте работал… геологом.

- Где именно?

- В Горном Зерентуе, на практике.

- На полиметаллах? - уточнил, не отрываясь от бумаг.

- Да. У Зашихина… - зачем-то вспомнил фамилию главного геолога рудника.

- Почему же - помбуром? Не уверены в полученных знаниях? Научим! У нас, знаете ли, школа… А знания дополучите, восстановим Вас в вузе через год-два. Какие у Вас соображения о будущем? - Кадровик отодвинул папку и встал из-за стола. - Вы подумайте. Приходите через… - Внезапно он замолчал на полуслове, словно нечто, пришедшее в голову, словно тумблер на электрощитке, включил в нем некое озарение. Он вновь сел на стул, переспросил:

- Так что думаете? - И тут же перешел в решительное наступление, повинуясь осенившей его идее. - Будете работать, дадим жильё, подъемные. Вы женаты? Нет? Женим! Какие у нас девушки! Если дадите согласие, я сегодня же Вас... - Внезапно он схватил трубку телефона и стал крутить диск, будто обжигаясь о цифры. - Но тут же бросил трубку и вновь схватил папку с бумагами. Впрочем, не за тем, чтобы углубится в её недра, но - сунуть её в пухлый портфель. И туда же добавил вторую… третью папки, суетливо озираясь по комнате. Снова вспомнил о Шкалике:

- Вы где проживаете?

- Я? В общаге… нелегально.

- Жить негде? А Ваше имущество, вещи?

- А… нету. - Шкалик скривил ухмылку на губах, не то сожалея о несостоятельности, не то глумясь над вопросом кадровика.

-А родители?

- А тоже нету. Сирота я… неприкаянная, - припомнил материнскую обмолвку. И в образовавшейся паузе, словно пытаясь сгладить кажущуяся неловкость, добавил:  - Отец у меня хороший был. Ищу его…

- Стало быть - нету, - эхом повторил озадаченный чем-то человек - и совсем уже строгим тоном приказал - Пишите заявление! - но тут же потрясенно замахал руками - Нет-нет, не сейчас, не здесь! Знаете что, молодой человек, кажется, Евгений Борисович?.. Если Вы приняли решение, то у меня к Вам предложение: сейчас же Вы едете со мной к месту своей работы, там мы всё оформляем, получаете место для проживания и завтра же выходите на работу?!. Вы согласны! - Таясь, он расплылся в ужасной улыбке, словно в предвкушении постыдного счастья от крамольного замысла. Так Иуда предвкушал счастье от сделки в тридцать сребренников… Но тайна кадровика, его внезапное озарение, едва скрываемые каменным лицом, не обрушили потолок и стены отдела кадров.

Шкалику перехватило дыхание, но он быстро закивал головой. Странная суетливость кадровика не озадачивала его. Но внезапность собственных  грядущих перемен все же взволновала до дрожи в руках.

- Вот и замечательно! Едемте! Идите во двор, там нас ждет белая “Волга”, а я пока закрою кабинет и… Да, вот ещё что: с нами поедет… Точнее, это мы… поедем с начальником экспедиции Миркиным. На его “Волге” …  Я сейчас спрошу разрешения… Вам не надо в туалет? Это там… - Уже уходя, он показал рукой вдоль коридора. - Ждите у машины, Евгений…