Вы здесь

Василий ДИВИН:

«Не бывает так, чтобы выпил таблеточку и всё прошло»

«Он работает для людей!» — так коротко, но емко говорят пациенты о враче-урологе Минусинской межрайонной больницы – Василии Васильевиче Дивине. Более 35 лет он работает хирургом. А 13 сентября доктор отметил свой юбилей.

Договориться с ним о встрече оказалось непросто. Дело в том, что свободного времени у Василия Васильевича практически нет. Каждый день – больные, операции, лечение… А сейчас, когда его коллега Андрей Алексеевич Коротков ушел в отпуск, работа отделения целиком легла на его плечи. Вот и после нашей непродолжительной беседы он отправился в операционную – спасать кому-то жизнь.

— Признаться, не знала, что уролог – это не только мужской врач…

— Мочевыделительная система есть ведь у всех людей, а это как раз «поле зрения» врача-уролога. Сейчас, например, в нашем отделении находятся 8 женщин и 12 мужчин.

— От пола зависит ответственность пациентов? Расхожее мнение, что мужчин клещами к врачу не затащишь…

— Не сказал бы. Тут все зависит от человека. Одни тянут до последнего, когда становится невмоготу, другие бегут к доктору, как только где-то заколет. О своем здоровье, конечно, нужно беспокоиться. Сам не будешь за ним следить, кто будет? Воспалилось яичко, а он сидит, терпит неделю, а потом: «Вот врачи такие-сякие». Так если дело уже запущено, разве доктор виноват? У нас ведь зачастую как бывает? Пока зима не настанет, рак на горе не свистнет… Вышел, помочился на снег, а следы красные. Вот и побежал к урологу. Все вовремя надо делать, что я еще скажу.

— А как можно выявить болезнь?

— Необходимо обследоваться, проходить диспансеризацию. Не бежать по знакомым, кто бы нужные подписи поставил, как это было раньше, а пройти всех врачей, сдать анализы, в том числе кровь на ПСА (простатический специфический антиген), который покажет, есть ли риск развития рака предстательной железы. Пройти УЗИ на мочекаменную болезнь.

А вообще у нас эндемичный район: много людей страдают заболеваниями мочеполовой системы. Влияют вода, климат, экология, конечно. Я раньше жил в Шушенском районе, белого гриба сроду не было, а сейчас его море, откуда он взялся? А иной раз дунет ветерок – огурцы пожелтели… На человеке ведь это тоже отражается.

Да и пожилых у нас немало, ведь большинство северян сюда едут. К сожалению, стало больше онкологий: рак мочевого пузыря, предстательной железы.

— И можно себя как-то уберечь от этих болезней?

— Если бы кто-то узнал, отчего возникает рак и как его лечить, ему бы при жизни поставили памятник. Конечно, многое зависит от наследственности, экологии, как я уже говорил, но и от нас самих. От того, что мы едим, ведем ли активный образ жизни. Иной раз перевернуть пациента на операционном столе не можем, вес зашкаливает за 130 килограммов. А ведь при ожирении к человеку болезни просто цепляются!

Малоподвижный образ жизни – проблема не только взрослых, но и детей. Раньше ведь как было в школе? Помните: «Мы писали, мы писали, наши пальчики устали»? А сейчас? Сидят за компьютером, полусогнутые, целый день… У меня вчера внук ночевал, не успел проснуться, быстрей планшет в руки – играть. Приходится ограничивать.

Еще одна беда нашего общества — курение. Курят ведь что попало! Красивые, тоненькие сигаретки, а табака-то там нет, бяка всякая. Употребляют алкоголь, наркотики, которые снижают иммунитет. Такие люди ведь, как спички. Ни разу не видел пышущего здоровьем наркомана или алкоголика.

— В каком возрасте следует провериться?

— К врачу нужно идти, как только появятся диуретические расстройства. Учащенное мочеиспускание, струя вялая, какие-то примеси, запах, боль, естественно. А после 40 лет обязательно нужно сдавать анализы, делать УЗИ.

И очень важно вовремя лечить болезни, иначе они потом могут перейти в хронические, а их лечить намного сложнее, чем острые заболевания.

— Некоторые, кстати, уверяют, что для здоровья надо много пить воды, литра два-три.

— Пить воду нужно, но нагружать сильно почки, печень тоже не стоит. Хорошо принимать травы.

— Всегда удивлялась докторам: как можно хотеть стать врачом, каждый день видеть человеческую немощь, боль… Вот и вы неужели мечтали быть урологом?

— Урологи – это те же самые хирурги. А в наше время, после пятого курса все студенты распределялись на терапевтов и хирургов, а уже из хирургов шла узкая специализация.

Как попал в урологию? После окончания в 1980-м году Томского института проходил интернатуру во второй медсанчасти на кафедре факультетской хирургии. Там случайно встретился с главным врачом, заведующим урологическим отделением, который и пригласил «к себе».

А вообще в нашей семье медиков никогда не было. Школу я заканчивал в Прокопьевске, помню, преподаватель по биологии, отучившись в Томском педагогическом институте, нам говорила, мол, если надумаете, поезжайте поступать в Томск, студенческий город.

Но об этом и речи не шло. В основном ребята выбирали профессии шахтера, горняка, Прокопьевск ведь шахтерский город. Мне в шахту идти не хотелось. Думал поступать в Тайгинский техникум железнодорожного транспорта и, как отец, когда он жил в Шушенском, работать машинистом.

Но мы с пареньком, который жил по соседству на улице, однажды решили: а поедем в мединститут! Прихожу домой: «Мама, давай денег, поеду в Томск». Она обрадовалась: «Ой, как хорошо, только не хирургом».

— А почему «только не хирургом», много стрессов?

— Хватает, конечно. Помню, пока учился, приехал к крестной, а она, мол, зачем тебе эта хирургия? Иди невропатологом!

Здесь ведь нам нужно не только прооперировать, но и выходить больного, а это куда сложнее.

Страх был перед первой операцией?

— Начинали работать со второго курса, привыкали потихоньку. Сперва на первичной обработке ран, потом посложнее. Да мы, наоборот, в то время рвались что-то сделать! На четвертом курсе уже аппендицит первый вырезал.

А после 5 курса шло распределение студентов. Человек уже целенаправленно занимался, к примеру, только хирургией. Плюс после этого была год интернатура. Это здорово, и к нашей, советской, системе, считаю, нужно возвращаться. Потому как сегодняшние студенты-выпускники даже узла завязать не могут! Подготовка очень слабая. А мы, если сравнивать, на выходе из института по 60-80 аппендицитов сделали.

Есть, конечно, и сегодня студенты талантливые! Ведь если стремишься – научишься. Но зачастую ребята оканчивают вузы, а по специальности не работают.

— Как думаете, что важнее для врача — дисциплинированность или душевность?

— Тут все вкупе. И отношение к пациентам. Да и если наплевательски будешь подходить к работе, к людям, долго не продержишься. Сейчас ведь как? Чуть что не так, больной сразу в суд, писать заявление. И ладно бы, если ты где-то прокололся, осложнения пошли. А сейчас ведь жалобы процентов на 90 необоснованы.

Полежала тут бабулька в отделении, а потом в суде: «Претензий к операции нет, все хорошо сделали, а вот на койку вы плохую меня положили».

Конечно, если заглянуть в палату – там лежит по шестеро больных. Согласен, так нельзя, но что-то менять – не в моей власти. Положено 25 коек на весь юг Красноярского края и всего две ставки врачей-урологов.

— Если наш район эндемичный, почему не увеличат?

— Потому что сейчас экономистам, видать, лучше знать, как лечить, чем и сколько. Есть такое понятие «медико-экономические стандарты». При аденоме простаты, например, положено 23 дня пролежать. Выписал раньше – штраф, позже – тоже снимают баллы.

— А подлечиться препаратами, рекламируемыми по телевизору, чтобы не ложиться в отделение, не идти на прием, можно? Как вы к ним относитесь?

— Да, такой рекламы много: «Выпей таблеточку, и все пройдет!» А во многих западных странах реклама подобных препаратов для повышения мужской силы запрещена, и это правильно. Ведь человек не может сам себе поставить диагноз. Я без обследования даже при самых банальных заболеваниях никаких лекарств не назначаю. И никому не советую заниматься самолечением. Не всегда какие-то расстройства необходимо лечить при помощи препаратов, достаточно, к примеру, изменить образ жизни, привычки, похудеть. А иногда требуется более серьезное медикаментозное лечение, чем рекламируемые «чудо-средства».

— Профессия врача благородная: каждый день он спасает чьи-то жизни. Накладывает это отпечаток на ваш образ мыслей, настроение?

— Конечно, постоянно думаешь об этом. И домой приходишь, волнуешься за пациентов, иногда уснуть не можешь. Сейчас еще поспокойнее стало, нежели в 90-е. А раньше ночами не спали. Резня, стрельба – постоянно на неотложке. Да и препараты сегодня хорошие, серьезные воспаления при язвенных болезнях, например, уже редкость.

— Вам 60 лет, оглядываясь назад, о чем-то сожалеете?

— Ни о чем! И даже о том, что пришлось переехать из Томска в Минусинск. Народ, природа лучше, да и Родина моя здесь, ребятишки все рядом. Внуки.

— Семья у вас большая?

— Большая. Своих детей двое, сын и дочь. Когда в 1990-м году умерла сестра, двух ее детей мы тоже к себе забрали. Они, как исполнилось им восемнадцать, взяли мою фамилию и отчество. 10 внуков подрастает.

— А как от работы отвлекаетесь?

— Мое хобби с детства — охота и рыбалка. И сыновья – такие же. Как только выпадает возможность, сразу уезжаю в глубинку леса, в тайгу. Сядешь в избушке, тишина! Знаешь, что никто не выдернет на работу…

— А часто выдёргивают?

— Сейчас не так часто. С работой врача редко когда расслабишься, планы особо не построишь, позвонили – неотложка, побежал. И так в любое время, праздник – не праздник, выходной – не выходной.

Татьяна БЕЛЯЕВА

Оставить комментарий

Комментарии