«Армейский фотоальбом»

Вы здесь

Поклонимся великим тем годам

Великая Отечественная война продолжалась 1418 дней и ночей, став решающей частью Второй мировой войны.

Мы шли к Победе тяжело и долго,
Вбивая вехи на своем пути.
Москва, блокадный Ленинград и Волга,
И Сталинграда адские бои.

Только вера в Победу давала силы фронту и тылу, звала на подвиг. Ради нее жертвовали всем, в том числе и собственной жизнью. Так, страшную тяжесть войны вынесли на своих плечах ленинградцы.

Беспримерная в истории 900-дневная блокада Ленинграда. Битва за Ленинград шла с 10 июля 1941 года по 9 августа 1944-го. Без топлива, воды, электричества, в тисках беспощадного голода (особенно зимой 1941-1942гг.), без транспорта город на Неве выстоял и не сдался врагу.

18 января 1943 г. Ленинградским и Волховским фронтами было прорвано первое кольцо блокады. Между Ладожским озером и линией фронта была налажена «дорога жизни», образован коридор шириной в 11 км. Это избавило от мук голода, холода и болезней жителей Ленинграда. А 27 января 1944 г. город на Неве салютовал в ознаменование полного снятия блокады Ленинграда. Героическая оборона города стала символом мужества непобедимого советского народа, его единства.

Вехой «коренного перелома» в этой страшной войне стала Сталинградская битва, которая длилась 200 дней и ночей, из них 142 дня бои шли в самом Сталинграде.

В зное заводы, дома, вокзал,
Пыль на крутом берегу.
Голос Отчизны солдату сказал:
«Город не сдай врагу».
Верный присяге советский солдат,
Он защищал Сталинград.

И наконец, 2 февраля 1943 года советские войска, преодолев неимоверные трудности, лишения, невзгоды, неся огромные потери, сокрушительно разгромили самую мощную стратегическую группировку немецко-фашистских сил. Именно тогда у наших войск, у нашего народа появилась уверенность в том, что никогда врагу не сломить нас и что окончательная победа будет за нами: это был «великий перелом» – одна из вех к «коренному перелому» в Курско-Орловской битве.

В этих страшных, мучительных, поистине великих сражениях за Ленинград и Сталинград воины-сибиряки показали пример мужества и героизма. Среди них имя нашего легендарного Михаила Поликарповича Хвастанцева – Героя Советского Союза. Это имя Героя навечно высечено на мраморной плите Мамаева Кургана. Именем Героя названа улица в Волгограде и Минусинске. Имя Хвастанцева носят школы №4 в нашем городе и в с. Шошино.

А сколько полегло в тех страшных сражениях сильных духом и волей наших сибиряков, знают только ленинградская и сталинградская земли.

75 лет прошло с той жестокой поры. И очень жаль, что среди нас все меньше остается участников Великой Отечественной войны – живых свидетелей того героического времени.

Так, на сегодня участников Ленинградской битвы живет в нашем городе два человека. Это Николай Ильич Гобрусенко и Иннокентий Алексеевич Коржавин. И два человека – участника Сталинградской битвы – Иван Павлович Шапорев и Любовь Егоровна Орлова.

Мы низко кланяемся вам, дорогие ветераны-победители Великой Отечественной и Второй мировой войны. Сердечно поздравляем вас и всех живущих в нашем городе участников Великой Отечественной войны, детей блокадного Ленинграда, всех тружеников тыла, вдов погибших фронтовиков, всех горожан с этими датами – двумя рубежами Великой Победы. Всем крепкого здоровья, долгих лет жизни, мира, благополучия, счастья и добра.

Городской совет ветеранов

 

В преддверии 75-летия со дня победы в Сталинградской битве мы хотели бы рассказать о двух участниках этих сражений, которые еще среди нас (дай Бог им здоровья!) – Иване Павловиче Шапореве и Любови Егоровне Орловой.

 

Уверенность в Победе помогла одолеть врага!

Иван Павлович Шапорев – сибиряк, родом из Курагинского района.

С ноября 1941 г. началась его фронтовая жизнь в составе Пирятинской дивизии, которая формировалась в Абакане.

Командир взвода Шапорев вскоре попал в самое пекло – под Сталинград. Физически был крепок, и это помогало переносить все невзгоды, бесконечные бессонные ночи.

Но пуля все же достала и его. После госпиталя снова попал в свою дивизию, с которой и принял участие в освобождении Сталинграда. У советских бойцов появилась уверенность, надежда на скорую победу. Но до нее было еще более двух лет.

Эта уверенность помогла одолеть фашистов под Курском и Орлом. Иван Павлович участвовал в этих легендарных операциях. И до сих пор не может забыть грохот снарядов, свист пуль, политую кровью землю. Немцы еще надеялись удержать Курск и Орел, укрепить свои позиции. Но советские солдаты дали им жару. Фашисты уже не смогли опомниться. В тех сражениях уцелел Шапорев просто чудом.

Потом путь воина-сибиряка проходил по Бессарабии, Румынии, Венгрии. Желание отомстить за родных и друзей, убитых на фронте, было велико.

Весть о победе Шапорев услышал в Венгрии. В это время он был уже адъютантом. Вместе со своим командиром в армии оставался до 1947 г.

Награжден орденом Отечественной войны второй степени, многими боевыми и юбилейными медалями. Имеет благодарности от Главнокомандующего.

После возвращения в родной Минусинск работал в речном пароходстве. Многие годы возил грузы по Енисею на буксире «Ладыгин».

 

Спасла молитва «Живые помощи»

Своими воспоминаниями делится Любовь Егоровна Орлова. Родилась 25 октября 1924 года в селе Иткуль Чулымского района Новосибирской области. После демобилизации работала в общепите. Ветеран труда РФ. В Минусинске проживает с 1933 года.

«Услышала я о войне по радио в сто-ловой, где работали мама и я. Столовая находилась по ул. Красных Партизан в здании клуба «Динамо».

Я у мамы была одна. Отец, Орлов Егор Семё-нович, не жил в семье. Он очень хорошо пел и выбивал 43 вида чечётки, играл на гитаре. Я тоже была плясунья, отец и меня научил выбивать не-сколько видов чечётки.

10 июня 1943 года я получила повестку из военкомата. Сразу после этого мы с мамой пошли в церковь, долго молились. Батюшка посоветовал ей переписать молитву «Живые помощи». Мама положила её мне в карман. Так я с ней и не расставалась, до возвращения домой.

На фронт меня провожала одна мама, Орлова Мария Дмитриевна, больше было некому. Везли нас в Абакан в открытой машине. Мама бежала за машиной и ревела. На железнодорожной стан-ции уже стояли вагоны. В вагонах были уста-новлены двухъярусные полки. Нас, девчат, тогда сразу много призвали. Пока добирались до Ста-линграда, несколько раз бомбили. Полковник кричал: «Воздух, воздух!» Мы выбегали из ваго-нов, падали на землю, от страха многие кричали: «Мама, мама!» В Сталинграде нас поместили в здание, где не было ни окон, ни дверей. Я слу-жила связисткой-телефонисткой в войсках ПВО.

Стояли мы на правом берегу Волги с прожек-торами. Тогда локаторов не было, были звукоулав-ливатели (акустический прибор, применявшийся в ПВО для обнаружения самолётов противника, наводки прожекторов, обеспечения стрельбы зе-нитной артиллерии и действий истребительной авиации. – прим. ред.), с ними работали девчата. Они должны были определить, с какого курса летит самолёт, куда и какой самолёт летит.

По телефону передавали мне в окоп, а я долж-на была эти сведения передать в опорный пункт. Я поддерживала по телефону связь с командовани-ем. У каждого из прожектористов была своя пози-ция. Они направляли на самолёт сразу 13 лучей, немецкого лётчика ослепляло, он терял курс. По фашистским самолётам били зенитчицы. Помню, зенитчица цыганка Аза отважная была, стреляет по самолётам и кричит: «Кто вас, гадов, просил прийти на нашу священную землю!» Много дев-чат погибло…

Сталинград был освобождён. Город – весь разрушен и завален трупами. Мы собирали тру-пы и хоронили. С нами ходил майор и записывал фамилии, имена, домашний адрес, если находи-ли пистончик. Нет пи-стона, значит, солдат числился без вести пропав-шим. Выкапывали яму глубиной до 1,5 метров, складывали 5 человек головой в одну сторону, вытирали травой лицо, иногда лицо прикрывали сохранившейся пилоткой. Многих собирали по частям (возможно, не те руки или ноги прикла-дывали к туловищу). Хоронили двумя ярусами: первых пять человек прикрывали ветками и кла-ли второй ряд головами в другую сторону, ноги старались положить между телами. В каждой могиле было по 10 бойцов. На холмик ставили крестик, сколоченный из досок. Когда мы уходи-ли из Сталинграда, трупы немецких солдат ле-жали ещё поверх земли.

После Сталинграда прибыли в Кировоград (Украина). В Кировограде охраняли аэродром. Я стояла на посту. Вдруг налетели вра-жеские само-лёты. Неда-леко от меня разорвался снаряд, и меня засыпало зем-лей. Одна моя нога торчала из-под земли. Андрюша – кубанский казак – меня откопал. Я была контужена, оглохла. Ле-чилась в полевом госпитале. После госпиталя меня направили служить в 15-й отдельный ди-визион аэростатов 182-й дивизии. Аэростаты на-качивали газами и воздухом. Четверо за канаты вели аэростат, поднимали вверх и закрепляли на площадке. Так создавали заграждение для вра-жеских самолётов. Рядом рыли землянку и спа-сались в ней от холода или зноя.

В Прибалтике морозы были сильные. На посту за 30 минут промерзали до костей. Освобождали мы Венгрию и её столицу Будапешт. С аэростата-ми стояли у озера Балатон.

Победу встретили в Румынии. О ней узнали уже 8 мая. Ой! Что было! Катались по земле, обнима-лись, целовались, смеялись и плакали.

Демобилизовалась в начале августа 1945 года, король Румынии Михай вручал нам короб-ки, обшитые красным шёлком, на них была на-рисована большая золотая звезда. Коробки были перевязаны красной лентой. В них лежало два отреза на платье, туфли, нательное бельё, кон-сервированные продукты, шоколадные плитки. Жалко шоколад до дома не довезла, весь раста-ял. Выдали нам документы, и поезд помчал нас на восток.

Нас встречали на каждой станции, в каждом городе с музыкой, поезда стояли на стоянках по несколько минут. У вагонов толпились люди, каждый человек надеялся встретить своих. Были и радостные встречи, но чаще видели слёзы.

В Абакане нас встретили тоже с музыкой. На машинах развозили по домам. Соседка увидела меня и кричит: «Мария, Мария, Люба приеха-ла!» Мама несла с огорода два ведра помидоров, упала и рассыпала их. Зашла в дом, мама при-села рядом и всё гладила меня, не верилось ей, что я живая вернулась с фронта.

Спасла меня молитва «Живые помощи», я её все время читала. И в комсомол вступала с молитвой в 1944 году в Кировограде. Я сказала полковнику, что я верующая. Полковник гово-рит: «Давай, давай, Господь простит меня». Мо-литву я храню до сих пор.

Оставить комментарий

Комментарии