Вы здесь

Екатерина РЕВА:

«Счастье человека не в оценке окружающих…»

Мы уже сообщали читателям, что лучшим психологом МЧС России в этом году стала Екатерина Рева, старший лейтенант внутренней службы 6 отряда ФПС по Красноярскому краю, победив в ведомственном конкурсе на научно-практической конференции психологической службы МЧС России.

О том, каково это – работать психологом в погонах, регулярно проводить с сотрудниками мероприятия по психологическому обеспечению и первым встречать родственников погибших в случае чрезвычайной ситуации – в нашем разговоре с Екатериной Рева.

 

– Екатерина, расскажите, как устроена работа психологов МЧС, сильно ли она отличается от работы в другом ведомстве?

– Очень. Раньше работала в центре семьи, потом – в школе, так что есть с чем сравнить. У нас два важных направления. Первое: психологическое сопровождение личного состава. От профессионального психологического отбора до мониторинговых психодиагностических исследований и обучения навыкам саморегуляции. За годы службы профессиональная деятельность в любом случае накладывает отпечаток на сотрудников, и наша задача уловить неблагоприятные изменения, вовремя их откорректировать. Второе направление – оказание экстренной психологической помощи пострадавшим в чрезвычайных ситуациях.

– И как ваши сотрудники понимают, когда им пора обратиться к психологу?

– Если что-то беспокоит, сотрудники могут сами прийти на консультацию, но и психолог может занять активную позицию в этом вопросе. Также в помощь сотрудникам комната психоэмоциональной разгрузки, где после сложной ситуации на месте происшествия можно пройти курс мероприятий по психологической профилактике и коррекции с использованием аппаратных методов. Наши сотрудники имеют также возможность проходить медико-психологическую реабилитацию в Сибирском филиале Центра экстренной психологической помощи МЧС России.

– Если на душе тревожно, не каждому близкому в этом признаешься, а тут – коллега. Сегодня поплакался ей в жилетку, а завтра об этом весь коллектив знает! Еще и лечить начнут… Поневоле будешь натягивать улыбку всякий раз, завидев штатного психолога в коридоре.

– Такие опасения развеиваются под влиянием авторитета. У профессионального психолога откровения посетителей остаются в стенах кабинета.

Что касается «лечения»… Психолог это не психиатр. Психолог работает с «нормой», психиатр – с психически нездоровыми людьми. Надо понимать: если человек отмечает у себя какие-то изменения в самочувствии, настроении, ночном отдыхе и т.п., это не значит, что он больной! Ему просто нужна квалифицированная психологическая помощь, чтобы сохранить профессиональное здоровье и продолжать жить и работать успешно.

В системе МЧС работа экстремального профиля, здесь люди постоянно сталкиваются с человеческим горем, негативными эмоциями. Это не проходит бесследно, и наша задача – помочь, научить жить так, чтобы не страдала психика человека и не портились его отношения с близкими.

– Екатерина, вы живете в маленьком провинциальном городе, где не случается авиакатастроф, несчастий с большим количеством жертв. И, тем не менее, вы стали лучшей в системе МЧС России, опередив тех психологов, кто прошел через все это.

– Потому что все это было и в моей практике.

– ?

– За мной закреплена южная зона оперативного реагирования, все семь районов юга Красноярского края. А в случае необходимости меня могут отправить и за пределы края, в помощь местной психологической службе. К тому же, психолог привлекается не только в случае крупной катастрофы, мы можем выехать и на место пожара, и ДТП. Причем вызов может произойти в любое время дня и ночи, не важно, будний день это или выходной, и на прибытие в отряд дается меньше часа. Поэтому с телефоном психолог МЧС неразлучен.

– Каким был ваш первый выезд?

– Это была гибель парашютистов в 2012 году в Туве. 12 пожарных-парашютистов направили в район очага крупного лесного пожара в Туве. В какой-то момент низовой пожар перешел в верховой и накрыл группу. Трое спаслись на отожженном участке, один из работников серьезно пострадал, а 8 пожарных погибли. За каждой семьей тогда закрепили по психологу, который сопровождал их с момента процедуры опознания. Для меня это был бесценный опыт в сложнейшей ситуации, когда приходилось оказывать помощь родственникам молодых людей.

– Но в состоянии ли тот, кто потерял близкого, слушать ободряющие речи и разбирать обуревающие его чувства, что называется, «по полочкам»?

– Психолог помогает человеку справиться с острыми стрессовыми реакциями на ситуацию. На весть о смерти родного или близкого человек может отреагировать по-разному: кто-то рыдает, кто-то кричит, кто-то начинает бегать, а кто-то молчит, впадая в шок… Есть и такие, кто думает, что их жизнь уже закончена, существование потеряло смысл.

Мы помогаем пережить первые эмоции и осознать, что произошло. Самое сложное – принять факт смерти близкого. Бывает, человек словно гаснет, на лице ни тени эмоций. Родственники думают: хорошо, не плачет. Слез, особенно мужских, в обществе боятся, есть мнение, что за ними непременно последует еще одна трагедия. А после беседы с психологом из глаз текут слезы. И это хорошо. Самая адаптивная реакция человека на боль – плач. Со слезами у нас «выходят» негативные эмоции.

Мы также оказываем информационную поддержку, способствуем обеспечению минимальных условий жизнедеятельности пострадавших и родственников погибших, в таких ситуациях люди зачастую теряются, забывают поесть, попить, не знают, что нужно делать, к кому обращаться…

– Вот вы сказали «принять», «пережить»… Вспоминается фильм «Непрощенный», снятый на основе реальных событий. Самолет, в котором летели жена и дети главного героя, столкнулся с транспортным самолетом. И потерявший родных ищет диспетчера, по чьей вине погибла его семья, с единственной целью: услышать слова извинения… Как вы считаете, он «пережил» трагедию?

– Пережить смерть любимого человека, это значить принять эту утрату и осознать, что его уже нет. Специалисты говорят об «условном периоде горевания», длящемся около года, в течение которого мы справляемся с эмоциями. Конечно, это индивидуально. Но в целом некое принятие существующей ситуации происходит примерно за это время, так как человек проживает все важные события, которые привык отмечать с умершим: Новый год, дни рождения, отпуск и т.п. Проживает уже без него, учась жить в новых реалиях. Это не значит, что погибший забыт, но любое упоминание о нем вызывает светлую грусть, а не панику или другую негативную эмоцию, вплоть до желания мести. В упомянутом вами фильме, вероятно, речь идет как раз о последнем случае.

– Думаю, вникать в чужую беду по долгу службы чревато последствиями и для вас…

– Это работа, к которой мы готовы. Конечно, невозможно и категорически нельзя быть равнодушным к чужому горю. Но в отличие от остальных, психолог обладает специальными знаниями и может вовремя скорректировать образ мыслей, проработать пережитые эмоции так, чтобы они не наложили отпечаток на его деятельность в дальнейшем. К тому же, мы всегда можем обратиться к помощи коллег. В Красноярском крае в системе МЧС работает 12 психологов, так что профессиональная поддержка и помощь у нас на должном уровне.

– В Америке поход к психологу если не обязательная часть жизни, то, как минимум, норма для уважающего себя гражданина. В России же эта норма туго приживается…

– Я считаю, это очень важно, когда человек осознает, что в его образе жизни, привычках, настроении происходят изменения не в лучшую сторону, и он не готов с этим мириться. Значит, он хочет продолжать жить полноценной жизнью, чувствовать ее вкус, а не бежать от нее. Психолог в этом смысле действительно выручит, потому что самому справиться со своими проблемами сложно. Психолог может помочь посмотреть на ситуацию извне, увидеть объективные обстоятельства. Некоторые стараются вычитать свою ситуацию в книгах по психологии, но это не всегда срабатывает в силу того, что не существует универсальных алгоритмов налаживания взаимоотношений. Каждая ситуация уникальна, как уникальны каждый человек и его жизненный опыт.

– Но совсем не факт, что психолога услышат! Люди являются рабами привычек, в том числе и в плане общения, а значит, обречены наступать на те же «грабли» снова и снова…

– Это выбор каждого. Визит к психологу не означает переложить ответственность за свою жизнь и решение проблемы на психолога. За свои решения отвечает только сам человек. Но уже то хорошо, что он обсудил свои проблемы. Потому что спрятанные внутрь отрицательные эмоции мешают жить, приводят к болезням. Управлять своими эмоциями – значит осознавать и принимать их, проговаривать и уметь контролировать.

– Екатерина, интересно, ваши отношения с близкими не страдают от знаний по психологии? Не возникает ли желания ставить диагнозы родным и друзьям?

– Знание психологии помогает мне понимать мотивы поведения людей, что дает возможность не обижаться на друзей за всплески негатива, вызванные проблемами на работе, неурядицами в семейной жизни и т.п. Понимаю, что это не в мой адрес, а реакция на события, и могу промолчать, чтобы не дать вспыхнуть конфликту.

На самом деле мы все очень разные, это важно понять, потому что в этом случае вы не будете пытаться оценивать людей. Оценивать людей – губительно для каждого из нас. Как правило, после оценки идёт сравнение себя с кем-то. И если оценка не в нашу пользу, у нас зарождаются страхи, комплексы, а это, в свою очередь, приводит к проблемам в личной жизни, семье, в коллективе.

– Интересно, а что же, по-вашему, счастье?

– Человеку трудно в одиночестве, ему нужна любовь и поддержка. На мой взгляд, счастье – это иметь семью и друзей, и чтобы все они были здоровы. А также способность находить радость в жизненных мелочах. И я желаю всем именно такого простого человеческого счастья! Берегите и цените близких!

 

Уверенность Екатерины в том, что счастье – это живые и здоровые близкие, – не просто слова. В скоротечности нашей жизни и внезапности трагических событий ей приходится убеждаться регулярно. Не успели мы согласовать интервью, как ее вызвали в Курагинский район для оказания психологической помощи пострадавшим и родственникам погибших при обрушении дамбы. Как тут не повторить: берегите и цените близких!

Елена ВЕРНЕР

Оставить комментарий

Комментарии